• Именно то, как вы собираете, организуете и используете информацию, определяет победите вы или проиграете [Билл Гейтс]

Страшный сон

К девяти часам вечера в одном старом доме на окраине города собрались сны. Все они были очень нарядно одеты, потому что пора им уже было идти к людям и сниться. Ведь сны только и делают, что снятся: это у них работа такая. А на работу надо всегда нарядно одеваться.
Сны внимательно разглядывали друг друга – всё ли в порядке с их костюмами: не оторвалась ли где пуговица, нет ли пятна на самом видном месте... И только один Маленький Сон никого не разглядывал – он сидел в стороне на низкой табуреточке. Маленький Сон был одет в полосатую пижаму и обут в синие фланелевые тапочки.
– Почему ты не переодеваешься? – спрашивали его наперебой Другие Сны. – Поторопись – скоро люди начнут засыпать, потому что уже почти ночь, и надо будет идти им сниться…
– Я не хочу сниться, – ответил Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме, чуть не плача.
Конечно, Другие Сны сразу стали утешать его и удивляться, почему это он не хочет сниться. И тогда Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме признался – уже сквозь слёзы:
– Я очень страшный!
– Не плачь! – сказали Другие Сны. – Что же плакать... среди нас тоже есть страшные – даже очень страшные, тут уж ничего не поделаешь…
Но Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме всё равно плакал и приговаривал:
– Вы не понимаете, я такой ужасно страшный, я просто кошмар! Я даже сам себя боюсь.
И крупные слёзы текли по полоскам его полосатой пижамы, упадая на синие фланелевые тапочки…
– Видишь ли, – с сочувственной улыбкой сказал ему большой и красивый Сон-во-Всем-Голубом, – к сожалению, ты всё-таки должен пойти и присниться: работа есть работа, малыш.
– Но меня же испугаются, я кошмарный! – настаивал Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме, обхватив руками русую свою голову.
– Ничего, зато ты маленький и недолго будешь сниться: кошмары длинными не бывают, – уговаривал Сон-во-Всем-Голубом.
– А я нисколько не хочу сниться! – восклицал тот. – Просто ни минуточки!
– Да не такой уж ты и страшный, как тебе кажется, – вмешался коренастый Сон-в-Красном-Плаще. – Вот я, например, очень страшный, это точно. Но я всегда снюсь одному человеку, который вполне заслуживает того, чтобы ему снились страшные сны. Это не очень хороший человек. Пойдем приснимся ему вместе?
– Не пойду-у-у! – рыдал Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме. – Мне человека этого жалко...
– Ну и не ходи! – рассердились наконец все Другие Сны. – У нас нету больше времени тебя утешать. Оставайся тут один, если хочешь, а мы пошли. – И они отправились сниться, потому что было уже совсем пора.
А Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме так и сидел на табуреточке. Он поджал под себя ноги в синих фланелевых тапочках, потому что очень боялся. Он боялся себя.
Кругом было совсем темно и жутко. «Может быть, правда, пойти и присниться кому-нибудь ненадолго? Присниться и – убежать! Всё равно ведь не догонят: как же догонишь сон?» – так размышлял Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме, но никуда не шёл.
К утру он очень замёрз и весь дрожал: не то от холода, не то от страха. У него даже кончик носа покраснел, а пальцы совсем окоченели. «Ну и ничего! – уговаривал он себя. – Ведь осталось совсем немножко так посидеть, а потом станет светло и можно будет исчезнуть. А когда завтра придёт ночь, я опять сяду здесь на табуреточку и не пойду никуда. И через неделю не пойду. И вообще не пойду – ни-ког-да! Раз я страшный...»
Стало светать... Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме улыбнулся в сумерках: он был измученный и бледный.
Вдалеке раздались голоса: это Другие Сны возвращались с работы. Они сделали своё дело и, весело переговариваясь, шли теперь домой, отдыхать. Они были разные – красивые и страшные, радостные и печальные, старые и молодые...
Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме обрадовался сначала, что Другие Сны идут назад, потому что наедине с собой ему уже совсем жутко стало, но тут же и опомнился. А ну как Другие Сны всё-таки начнут ругать его за то, что он так никому и не приснился? Забоявшись, он слез с табуреточки и решил спрятаться: притаился в темном углу и примолк. А сны вошли в дом и начали переодеваться, чтобы разойтись кто куда – никому ведь не известно, где бывают сны днём.
И в это самое время дверь распахнуло Прекрасное Утро. У него было румяное лицо и весёлые глаза. Прекрасное Утро приветливо посмотрело на сны и спросило:
– А где же тут у вас Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме?
– Это который страшный? – смеясь спросил коренастый Сон-в-Красном-Плаще. – Наверное, снится кому-нибудь.
Но Прекрасное Утро озарило солнечным светом всю комнату – и Другие Сны увидели, что Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме съёжился, забившись в угол. А Прекрасное Утро подошло к нему и сказало:
– Ты молодчина и этой ночью вел себя как герой.
Сказав так, оно повесило на шею Маленькому-Сну-в-Полосатой-Пижаме небольшую золотую медаль. Медаль горела, как солнце, нет, даже ярче, чем солнце, а Маленький-Сон-в-Полосатой-Пижаме так и стоял в уголке, переминаясь с ноги на ногу, и смущённо смотрел на свои синие фланелевые тапочки.